У нас в мастерской раздавали подарки,
Пакеты большие, красивые, яркие...
Вокруг ликованье, вокруг торжество
Ведь мы отмечаем Христа Рождество!
Смотрю я, вот люди чредою подходят,
Подарок берут и довольны уходят.
Никто не спросил,что туда положили,
Во что завернули и как уложили.
Никто и не высказал даже сомнения-
Подарки давать как будто не время?
Зачем торопиться ,подарочек свой
Немного попозже возьму я домой...
И душу щемит мне немного тревога-
Мне как- то обидно вдруг стало за Бога!
Он в мир наш пришел не для чести и славы,
И царский венец заменил на кровавый!
Он так умалился, что место Ему
Нашлось только в старом овечьем хлеву!
А мир с торжеством Рождество отмечает
Смеясь и ликуя,Христа отвергает...
Все также кричит он еще и доныне,
Что знать не желают о Божьем Сыне.
А кто-то тихонько твердит: в другой раз
Об этом послушать готов буду вас!
О, люди, очнитесь,ведь в яслях Спаситель,
От всех ваших бед и тревог избавитель.
Примите же ныне спасение даром,
Младенец Иисус - самый лучший подарок!
Он кровью Своею омоет ваш грех
Счастливыми сделать желает вас всех.
И ныне с небес лучезарных взирает:
-Придите ко Мне, Он людей призывает.
Не долго продлится ведь день благодатный
В час страшный и судный Я буду ходатай.
Но люди так глухи, а время бежит-
И медленно тает последний призыв.
Не может понять мир еще и поныне,
Чего же имеет он в Божьем Сыне...
Господь мой, так чем же воздам я Тебе
За ту благодать принесенную мне?
К Тебе, мой Спаситель, тихонько иду
И сердце в ладонях своих я несу.
Шепчу я тихонько;Возьми его, Боже,
Возьми и владей, хоть и грязное тоже.
Но Ты, милосердный, ведь кровью Своей
Омыть его можешь, что снега белей
Оно засияет во мраке земном
И людям узнают о подарке моем.
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Проза : Реальность - Андрей Скворцов Я специально не уточняю в самом начале кто именно "он", жил. Лес жил своей внутренней жизнью под кистью и в воображении мастера. И мастер жил каждой травинкой, и тёплым лучом своего мира. Их жизнь была в единстве и гармонии. Это просто была ЖИЗНЬ. Ни та, ни эта, просто жизнь в некой иной для нас реальности. Эта жизнь была за тонкой гранью воображения художника, и, пока он находился внутри, она была реальна и осязаема. Даже мы, читая описание леса, если имеем достаточно воображения и эмоциональности можем проникнуть на мгновение за эту грань.
История в своём завершении забывает об этой жизни. Её будто и не было. Она испарилась под взглядом оценщика картин и превратилась в работу. Мастер не мог возвратиться не к работе, - он не мог вернуть прежнее присутствие жизни. Смерть произвёл СУД. Мастер превратился в оценщика подобно тому, как жизнь и гармония с Богом были нарушены в Эдеме посредством суда. Адам и Ева действительно умерли в тот самый день, когда "открылись глаза их". Непослушание не было причиной грехопадения. Суд стал причиной непослушания.
И ещё одна грань того же. В этой истории описывается надмение. Надмение не как характеристика, а как глагол. Как выход из единства и гармонии, и постановка себя над и вне оцениваемого объекта. Надмение и суд есть сущность грехопадения!
